Вы не учите меня жить. Я как альбом Мирона – я «Вечный жид». Раздвинь ноги, если голос дрожит. Я остаюсь при своём – полноводный нашид. Ты поднимаешь цены и ккал? Противоборствую злу, я циник и хам. Итог: увеличиваю член до ста. Сергей Есенин вылетит из уста в уста. Ставь стоп. Ставь столб. Я заблудился. Я в лабиринте из снов. Ариадна, где эта волшебная нить? Потерялся. Как мне быть? Под капюшоном еретик. Внутри меня душа покрыта сотней паутин. Прикоснись, и тебя закоротит – карета скорой помощи везёт на карантин. Ты добродетель? Гоу-комсомол на бэхе. Гол как сокол, какие, блядь, доспехи?! Я всегда был никем, бездушная тварь, живой манекен. Меня снова направляет к вам злоба, она – мой навигатор. Сбей меня! Попробуй! Это, по-твоему, пустяк? Не звено? Я играю снова на твоих костях в казино. Вокруг путаны, аферисты – по сравнению со мной, они кристально чисты. Ваши картины живописны, но я закрыл себя в замке – Граф Монте-Кристо. Я нищ не только в плане денег. Снова подшутили: что ни утро – понедельник. И как-то незаметно я стал ниже летом, на мне ни прошлого, ни шляпы, ни жилета. Я – персонаж, но Сологуба. Все песни на квадратиках выходят в форме куба. Культуру строить из себя нет смысла без настроя, сами подумайте: вас – бездна, нас – трое. Мне надоел рутины зуд вечный, тяжелы мнения, и снова давит суд плечи. Пишу куплетики, смотрю в зеркало – Есенин, но толку нет, только собака на сене. Душа больше не входит в ранг с телом. Надо дожить никчёмную, судьбою раз сделан. Мы все равны, но я не к вашим отношусь разделам. Вы меня жрите. Я – блюдо. Разделан.